Наша Планета Земля

Где начало у шара?

Где начало у шара?

На морских картах британские картографы чаще всего обозначали нулевым Гринвичский меридиан (он проходит че­рез астрономическую обсерваторию в городе Гринвиче). И к востоку от него и к западу вели моряки отсчет долготы во время плаваний. Со временем приняли отсчет от Гринвича и моряки других стран.

Вы вправе возразить: «А почему именно от Гринвичского меридиана, в чем его преимущество перед остальными мери­дианами Земли?»

И я отвечу: «Ни в чем!» Никакого преимущества у Грин­вичского меридиана нет. Что же тогда определило его вы­бор — неужели случайность? Но и случайности тоже не было. Между тем древнегреческий астроном Гиппарх за начало отс­чета принимал меридиан, проходивший через остров Родос в Средиземном море, на котором жил и работал.

А два века спустя другой географ и астроном Клавдий Птолемей обозна­чил нулевым меридианом границу, проходившую через остро­ва Фортуны (ныне Канарские) у берегов Африки. Во времена Птолемея они считались самыми западными клочками суши в океане. Дальше земли не знали.

В эпоху Великих географических открытий, когда Испания (тогда она называлась Кастилией) никак не могла договорить­ся с Португалией, какие из открытых земель считать своими, римский папа Александр XV поделил сферы влияния обоих государств. Официальной буллой от 4 мая 1493 года он отдал «в вечное владение кастильским королям все острова и мате­рики… открытые и те, которые будут открыты к западу и югу от линии, проведенной и установленной от арктического по­люса до антарктического полюса… Названная линия должна отстоять на расстояние ста лиг к западу от любого из остро­вов, обычно называемых Азорскими и Зеленого Мыса».

Именно с тех пор острова Зеленого Мыса на некоторых картах стали также использовать в качестве границы для ну­левого меридиана.

Вы считаете, сколько «начал» мы уже нанесли на карты? А ведь еще далеко не все перечислено. В XVI веке испанс­кий король Филипп II приказал своим картографам отсчи­тывать долготы только от Толедо — тогдашней испанской столицы.

Сто лет назад, уже в конце XIX века, неразбериха в картах была полная. В Австрии, например, на материковых каргах меридианы отсчитывали от острова Ферро, а на морских — от Гринвича. В Бельгии пользовались брюссельским меридиа­ном для сухопутных карт и Гринвичским для морских. Во Франции считали долготу только от Парижа. А в России — и от Парижа, и от Пулкова, и от Варшавы, и от острова Ферро, и от Гринвича… Все понимали, что какое-то единое начало для составления карт должно существовать. Чтобы избавиться от лакого разнообразия, созывались международные конгрес­сы, которые порождали лишь новые дискуссии. Каждая стра­на считала меридиан своей столицы главным.

Лишь в октябре 1884 года на Международной меридиан­ной конференции в Вашингтоне, куда съехались представи­тели 25 стран, большинством голосов в качестве нулевого был все-таки выбран Гринвичский меридиан. Дело во мно­гом решило то обстоятельство, что большинство штурманов международного коммерческого флота к тому времени поль­зовались английскими картами… Но и после конференции должно было пройти какое-то время, чтобы люди привыкли и приняли общее решение.

Очень нелегко бывает отказаться от какого-то привычного взгляда и прийти к соглашению. Даже если этот вопрос об­суждается среди очень умных и ученых людей, понимающих необходимость его решения…